Уважаемые пользователи!

Данный сайт содержит информацию для людей с медицинским образованием и специалистов здравоохранения.
Входя на сайт, Вы подтверждаете свое согласие с Условиями использования и Политикой конфиденциальности.



Dear visitor!
This site contains medical information for healthcare professionals.
You can go further, if you agree with Terms and Conditions and Privacy Policy on this site.

Primenenie ubikhinona (koenzima Q) v kompleksnoy terapii sakharnogo diabeta i ego sosudistykh oslozhneniy

Cover Page

Abstract


Изучение роли и значимости свободных радикалов в нарушении метаболизма позволило установить, что свободные радикалы кислорода участвуют в патогенезе почти 100 заболеваний, включая сахарный диабет и его сосудистые осложнения. Установлено, что при этих заболеваниях в мембранах и цитозоле клеток различных тканей выявляется повышенное содержание как свободных радикалов, так и продуктов их свободнорадикального окисления (альдегиды, кетоны, эпоксиды, гидроперекиси, диеновые и триеновые конъюгаты). Исследованиями подтверждено, что источниками образования свободных радикалов кислорода являются шесть путей метаболизма глюкозы.

Распространенность и заболеваемость сахарным диабетом продолжает увеличиваться. Так, по данным экспертов ВОЗ (1999), к 2010 г. в мире будет насчитываться более чем 230 млн, а к 2025 г. – 300 млн больных сахарным диабетом, из которых более 90% приходится на больных диабетом 2 типа. Однако реальность заболеваемости сахарным диабетом намного опередила эти прогнозы. Как указывает Z.T. Bloomgarden [1], в США в 2003 г. зарегистрировано 13,8 млн больных сахарным диабетом; 5 млн человек имеют недиагностированные формы диабета, а 41 млн жителей США имеют предиабет. Пере­смотренные на основании реальной заболеваемости сахарным диабетом данные Международной феде­рации диабета [2] по ситуации с эпидемией сахарного диабета были следующими: к 2010 г. число лиц, заболевших диабетом, достигнет 230 млн человек, а к 2025 г. – 334 млн. Тем не менее уже через 3 года после этого Международная федерация диабета [3] была вынуждена провести коррекцию прогноза заболеваемости сахарным диабетом (рис. 1).
Из общего количества больных сахарным диабетом более 90% страдают диабетом 2 типа. Известно, что в патогенезе сахарного диабета 2 типа основное значение принадлежит инсулиновой резистентности и недостаточности функциональной активности β-клеток, приводя как к снижению чувствительности к инсулину тканей-мишеней, так и к уменьшению секреции инсулина, а суммарным эффектом этих двух факторов является гипергликемия, которая, в свою очередь, способствует изменению концентрации и функциональной активности многих биологически активных соединений, усугубляющих функциональную активность различных белков и способствующих экспрес­сии генов, продукты которых становятся активными участниками морфологических изменений в различных тканях, способствуя развитию микро- и макроангиопатий. Гипергликемия является одной из основных причин увеличения количества свободных радикалов и развития окислительного стресса, влияющего, в свою очередь, на основные механизмы патогенеза сосудистых осложнений диабета. Окислительный стресс – состояние, при котором образование свободных радикалов кислорода и азота превышает способность антиоксидантной системы (супероксиддисмутаза, каталаза, глютатион и др. соединения) нейтрализовать и элиминировать свободнорадикальные соединения.
Изучение роли и значимости свободных радикалов в нарушении метаболизма позволило установить, что свободные радикалы кислорода участвуют в патогенезе почти 100 заболеваний, включая сахарный диабет и его сосудистые осложнения. Ниже приведен перечень свободных радикалов, нерадикальных соединений, прооксидантов и антиоксидантов. Установлено, что при этих заболеваниях в мембранах и цитозоле клеток различных тканей выявляется повышенное содержание как свободных радикалов, так и продуктов их свободнорадикального окисления (альдегиды, кетоны, эпоксиды, гидроперекиси, диеновые и триеновые конъюгаты). Исследо­ваниями подтверждено, что источниками образования свободных радикалов кислорода являются шесть путей метаболизма глюкозы, которые представлены на рис. 2.
Таким образом, гипергликемия сопровождается избыточным ауто­окислением глюкозы и активированием обмена сорбитола или полиолового пути метаболизма глюкозы; обмена глюкозамина и повышением образования гексозаминов; избы­точным образованием диацилглицерина с последующей активацией протеинкиназы С; накоплением энедиолов и α-кетоальдегидов; активированием процессов гликирования и избыточным накоплением его конеч­ных продуктов; повышением процессов окислительного фосфорилирования. Следствием активизации всех шести перечисленных метаболических путей обмена глюкозы является повышенное образование свободных радикалов в митохондриях, сопровождающееся нарушением структуры ДНК и активацией поли-(АДФ-рибоза)-полимеразы.
В митохондриях молекулярный кислород необходим для полного окисления глюкозы и других субстратов при синтезе АТФ (оксидазный путь окисления, рис. 3).
При этом незначительное его количество (от 0,4 до 4%) конвертируется в супероксидный радикал О2–, который при участии супероксиддисмутазы переходит в перекись водорода. При взаимодействии перекисного радикала с жирными кислотами образуются гидроперекиси и новый свободный радикал, осуществляющий новый подобный цикл, создавая тем самым условия для формирования «порочного» круга, приводящего к неконтролируемому увеличению продуктов ПОЛ. В таблице представлен перечень свободных радикалов, нерадикальных соединений, обладающих неспаренным электроном, прооксидантов и антиоксидантов.
Для понимания роли убихинона (коэнзим Q10) в процессах окисления глюкозы и образования свободных радикалов необходимо, хотя бы коротко, остановиться на процессах окисления глюкозы. Около 90% глюкозы, поступающей в клетку, метаболизируется в процессе аэробного гликолиза до СО2 и Н2О, тогда как лишь ее 10% утилизируются в процессе анаэробного гликолиза. В присутствии кислорода конечным продуктом гликолиза является пируват, тогда как в анаэробных условиях – лактат. Образующийся в процессе гликолиза пируват при участии пируватдегидрогеназы поступает в цикл Кребса. Следует отметить, что функциональная активность цикла Кребса и окислительного фосфорилирования осуществляется при наличии кислорода. При гипоксии конечным продуктом гликолиза является лактат. Два фермента – [фосфофруктокиназа (PFK или ФФК) и пируватдегидрогеназа (PDH или ПДГ)] – играют центральную роль в регуляции гликолиза и окисления глюкозы. Основная функциональная роль в контроле гликолиза принадлежит ФФК.
Гликолиз протекает через образование глюкозо-6-фосфата и ряда фосфорилированных интермедиатов, которые образуются в 10 следующих друг за другом стадиях, контролируемых соответствующими ферментами. Конечным этапом гликолиза является образование лактата и 4 молекул аденозинтрифосфата (АТФ).
Митохондриальная дыхательная цепь является основным местом образования АТФ в клетке в процессе окислительного фосфорилирования. Митохондри­альная дыхательная цепь представляет собой инфраструктуру, необходимую для транспорта электронов от восстановленных нуклеотидов до О2. Она состоит из нескольких больших белковых комплексов и двух независимых компонентов убихинона, или коэнзима Q10 (СоQ10), и цито­хрома С. СоQ10 участвует как в перемещении протонов из матрикса к интермитохондриальной мембране, так и является «эссенциальным кофактором» митохондриальных белков, разобщающих окислительное фосфорилирование. Восстановленная форма СоQ10, СоQ10Н2 выполняет важную клеточную антиоксидантную функ­цию, предохраняя липопротеиды мембраны клеток и плазмы крови от свободнорадикального окисления.
Электроны проникают в митохондриальную электронно-транспортную цепь при участии нескольких флавопротеинов. Восстановленные нуклеотиды явля­ются производными цитоплазматических оксидантов, которые перемещаются в митохондриальный матрикс при участии метаболических шунтов, цикла Кребса и ферментов. Электронпереносящими цепями являются флавины, железо-серосодержащие кластеры (железосодержащие белки, не относящиеся к гемам, в которых атомы железа связаны с белками – остатками цистеина), квиноны [коэнзим Q10, убихинон, убиквинон (Q), семиквинон (QH) и убиквинол QH2], ионы меди и гемы. Суммарной реакцией биологического окисления является: 2Н+1/2O2 ↔ Н2О или NADH+H++1/2О2 → NAD++Н2O.
Восстановительные компоненты в митохондриальной дыхательной цепи представлены четырьмя большими белковыми комплексами. Первый комплекс содержит флавинаденин мононуклеотид (FMN), а три остальных – флавинадениндинуклеотид (FAD). Переносчиками электронов от I и II к III комплексу является коэнзим Q10, а от III к IV комплексу – цитохром С.
Убихинон, или СоQ10, участвует в функционировании 4 ферментативных комплексов, способствуя транспорту электронов в I комплексе от NADH (NADH+H++CoQ10↔NAD++CoQ10H2), и поэтому этот комплекс является NADH-Q-редуктазой. II комплекс является сукцинат-Q-редуктазой; III-Q-цитохром С оксидоредуктазой и IV-цитохром оксидазой.
Повышение образования АТФ в дыхательной цепи митохондрий является одним из компонентов сигнального механизма, с помощью которого информация о повышении уровня глюкозы передается на β-клетки, приводя к повышению высвобождения инсулина с последующим его влиянием на восстановление гомеостаза глюкозы в крови [4, 5]. При этом изменяется соотношение концентрации АТФ/АДФ (повышение концентрации АТФ и уменьшение уровня АДФ способствует снижению открытия АТФ-чувствительных калиевых каналов мембраны β-клеток). Установлено, что комплексирование АДФ с мембраной β-клеток способствует открытию калиевых каналов, тогда как комплексирование АТФ со структурными элементами мембраны сопровождается закрытием последних [6]. Снижение проводимости калиевых каналов сопровождается уменьшением мембранного потенциала β-клеток, что является соответствующим сигналом для открытия вольтаж-чувствительных кальциевых каналов, в результате чего повышается внутриклеточный уровень кальция, приводящий к экзоцитозу инсулина из гранул в межклеточное пространство и затем в центральное кровообращение. Значение участия митохондриальной дыхательной цепи в глюкозо-стимулированной секреции инсулина подтверждено экспериментальными исследованиями. Было установлено, что применение ингибиторов электронного транспорта в митохондриальной дыхательной цепи или ингибиторов активности фермента АТФ-синтазы сопровождается снижением вплоть до полной блокады глюкозо-стимулированной секреции инсулина [7, 8].
Основным механизмом, функционирующим в β-клетках, является глицерол-3 фосфатный цикл, а митохондриальная FAD-зависимая глицерол-3 фосфат дегидрогеназа является скоростьлимитирующим ферментом, наибольшая активность которого имеется в β-клетках по сравнению с клетками других тканей организма [4]. Этот фермент катализирует транспорт двух электронов от глицерол-3 фосфата к флавиновой группе с помощью СоQ10. В β-клетках бо`льшая часть глюкозы утилизируется процессом окисления, а не путем конверсии в лактат. При этом использование глюкозы β-клетками увеличивается почти пропорционально повышения ее концентрации [8]. Увеличение окисления глюкозы сопровождается повышением концентрации внутриклеточного свободного кальция, который, в свою очередь, стимулирует ферментативную активность глицерол-3-дегидрогеназы. Исследо­вания показали, что активность глицерол-3 фосфат дегидрогеназы в островках поджелудочной железы в экспериментальных моделях сахарного диабета 2 типа как у мышей [9], так и у крыс [10] значительно снижена. Почти аналогичная ситуация наблюдается и в островках поджелудочной железы у больных, страдающих сахарным диабетом 2 типа [11]. Снижение экспрессии гена митохондриальной глицерол-3-дегидрогеназы в β-клетках при сахарном диабете, по мнению M. F. McCarty [12], может сопровождаться субоптимальной концентрацией СоQ10 в тканях, что, в свою очередь, снижает активность глицерол-3-дегидрогеназы, а назначение экзогенного СoQ10 в таких случаях будет сопровождаться улучшением функциональной активности β-клеток и состояния углеводного обмена. В этой же работе M. F. McCarty [12] приводит ранее опубликованные японскими исследователями данные о том, что назначение CoQ10 больным сахарным диабетом сопровождалось у них снижением гликемии и уровня кетоновых тел в крови, стимуляцией секреции инсулина и улучшением периферической утилизации глюкозы. У больных сахарным диабетом имеется большая тенденция к развитию недостаточности СоQ10 по сравнению с лицами, не страдающими диабетом [13], которая может быть первичной причиной сниженной глюкозо-стимулированной секреции инсулина. Определенная роль в патогенезе сахарного диабета 2 типа отводится недостаточности СоQ10, имеющейся при диабете и сопровождающейся ухудшением метаболизма митохондрий [14], а также повышением степени выраженности окислительного стресса [15].
Следует указать, что помимо глюкозотоксичности имеющаяся при сахарном диабете липотоксичность снижает экспрессию в β-клетках генов ферментов, и в частности глюкокиназы и глицерол-3-дегидрогеназы, опосредующих недостаточность глюкозо-стимулированной секреции инсулина [11, 16], особенно в условиях относительной недостаточности у них СоQ10. Это еще раз подтверждает необходимость применения у больных сахарным диабетом 2 типа экзогенного СоQ10 для улучшения функциональной активности β-клеток и состояния углеводного обмена. Данных о применении СоQ10 для лечения больных сахарным диабетом немного. Так, C. B. Andersen и соавт. [17] не выявили у больных сахарным диабетом 1 типа на фоне применения СоQ10 значительного изменения показателей углеводного обмена. В другом исследовании J. G. Eriksson и соавт. [18] провели рандомизированное, плацебо-контролируемое исследование по применению СоQ10 (препарат «Bio-Quinone», по 100 мг 2 раза в день в течение 6 мес). На фоне лечения концентрация СоQ10 в плазме крови повысилась с 1,2±0,21 до 4,0±1,64 мкг/мл (p<0,001), тогда как содержание глюкозы и HbA1c, витамина Е, триглицеридов, общего и холестерина ЛВП практически осталось на базальном уровне. Нормальное содержание СоQ10 в цельной крови, по данным A. Kalen и соавт. (19) и M. Soderberg и соавт. [20], составляет 1,0±0,2 мкг/мл, а при его недостаточности – 0,6±0,2 мкг/мл. Уровень СоQ10 в крови имеет четкую и постоянную тенденцию к снижению, начиная с 40-летнего возраста. Снижение концентрации СоQ10 в крови наблюдается при сердечно-сосудистой недостаточности, причем степень его недостаточности как в крови, так и в сердечной мышце коррелирует со степенью тяжести сердечной недостаточности.
Несмотря на результаты приведенных последних работ, применение СоQ10 в комплексной терапии больных сахарным диабетом остается, по нашему мнению, перспективным. Этот оптимизм основывается на биологической значимости СоQ10 в процессах митохондриальной дыхательной цепи и в снабжении клеток миокарда и других тканей организма энергией. Именно с этой целью еще в 1990 г. S. Greenberg и H. Frishman [21] предложили применение СоQ10 для лечения сердечно-сосудистых, заболеваний нервной системы и болезней периодонта. Известно, что СоQ10 является более мощным антиоксидантом по сравнению с витамином Е и более выражено снижает пероксидацию липопротеидов низкой плотности (ЛНП) у человека по сравнению с витамином Е [22]. Более того, при совместном применении витамин Е и СоQ10 ликвидирует прооксидантный эффект α-токоферола и повышает резистентность ЛНП к металзависимому их окислению [23].
Исследованиями последних лет показано, что СоQ10 улучшает эндотелиальную дисфункцию плечевой артерии у больных сахарным диабетом 2 типа [24]. Проведя плацебо-контролируемое исследование по изучению влияния СоQ10 (суточная доза 200 мг или плацебо в течение 12 нед), G. S. Watts и соавт. [24] установили, что СоQ10 улучшал эндотелиальную функцию артерий и периферическую циркуляцию у дислипидемических больных сахарным диабетом 2 типа. Механизм действия СоQ10, по мнению авторов исследования, включает увеличение высвобождения эндотелиального оксида натрия и/или повышение его активности, как следствие улучшения состояния окислительного стресса в сосудах. Влияние СоQ10 на биодоступность или действие оксида азота может способствовать предупреждению процессов атерогенеза и последующего развития ангиопатий при диабете, и даже не исключается его влияние на уменьшение и обратное развитие сосудистых осложнений. Полученные авторами данные о влиянии СоQ10 на дилатацию артерий, наблюдаемую под влиянием кровотока или дилатацию сосудов, обусловленную влиянием глицерилтринитрата, позволяют рекомендовать терапию СоQ10 совместно с ингибиторами АПФ, рыбьим жиром или гиполипидемическими препаратами, что, по мнению авторов, должно проявляться более выраженными синергическими эффектами.
В рандомизированном исследовании D. A. Playford и соавт. [25] была проведена оценка эффективности СоQ10 в виде монотерапии и в сочетании с фенофибратом. Больные сахарным диабетом 2 типа в сочетании с дислипидемией в течение 12 нед получали фенофибрат по 200 мг в день (20 больных), СоQ10 по 200 мг в день (20 больных), фенофибрат + СоQ10 по 200 мг + 200 мг в день (20 больных) и плацебо (20 больных). У больных на фоне приема фенофибрата отмечалось статистически значимое снижение в сыворотке крови общего холестерина, триглицеридов и фибриногена (р<0,001). Терапия СоQ10 сопровождалась статистически значимым снижением АД и уровня HbA1c (р<0,05), но при этом содержание изопростанов в плазме крови сохранялось практически на исходном уровне. Комбинированное применение фенофибрата + СоQ10 сопровождалось статистически значимым ответом микроциркуляторной функции на ацетилхолин, брадикинин, нитропруссид натрия без статистически значимого изменения в ответ на введение L-NMMA
(NG-monomethyl-L arginine). Монотерапия фенофибратом или СоQ10 статистически значимо не изменяла кровоток. Проведенные исследования показали, что только комбинированная терапия фенофибратом и СоQ10 сопровождается улучшением эндотелиальной и не-эндотелиальной дилатацией сосудов предплечья у больных сахарным диабетом 2 типа в сочетании с дислипидемией. Этот эффект, по мнению авторов, обусловлен повышением биодоступности и/или ответа эндотелий-производных релаксирующих факторов, включая оксид азота, а также, возможно, дополнительным влиянием стимуляции пероксисом пролифератора активирующих рецепторов.
Данные об эффективности применения СоQ10 в клинической практике, и в частности у больных сахарным диабетом, неоднозначны. Тем не менее его влияние на состояние углеводного обмена положительное и сопровождается значительным снижением концентрации HbA1c, тогда как его эффекты на уровень гликемии натощак – неоднозначны. По нашему мнению, это незначительное различие в содержании гликемии и гликогемоглобина может быть следствием его антиоксидантной активности, что и проявляется более выраженным снижением уровня HbA1c в крови. Различными исследователями представлены убедительные данные о положительном влиянии СоQ10 на состояние сердечно-сосудистой системы и артериальной гипертензии, которые часто имеют место у больных сахарным диабетом 2 типа. С учетом того, что эндогенный синтез СоQ10 снижается начиная с 40-летнего возраста, его применение в качестве пищевой добавки или лекарственного препарата у больных сахарным диабетом 2 типа не вызывает сомнений.
Помимо этого, СоQ10 отводится важная роль в энергетическом метаболизме β-клеток, функция которых у больных сахарным диабетом 2 типа в различной степени снижена. Поэтому применение СоQ10 может быть рекомендовано больным сахарным диабетом 2 типа, а также больным ожирением и метаболическим синдромом, которые являются «предтечей» сахарного диабета 2 типа. С целью улучшения функ­ционального состояния β-клеток целесообразно его применение с биотином, который является серосодержащим соединением, учас­т­вующим в качестве коэнзима в процессах карбоксилирования. Биотин также повышает экспрессию глюкокиназы в β-клетках, что, естественно, улучшает функциональную активность глицерол-3-дегидрогеназного шунта в β-клетках [26, 27]. Не исключено, что применение биотина и СоQ10 в комплексной терапии сахарного диабета 2 типа будет способствовать также и снижению степени выраженности, а может быть и исчезновению так называемой резистентности β-клеток к сульфонилмочевинным препаратам (вторичная резистентность к сульфонилмочевинным препаратам), что часто наблюдается у больных сахарным диабетом 2 типа при длительном их применении.
Следует иметь в виду, что улучшение функциональной активности β-клеток лучше происходит на фоне снижения массы тела и снижения повышенного уровня свободных жирных кислот в крови. Поэтому обязательными компонентами комплексной терапии сахарного диабета 2 типа должны быть диета и физическая активность, способствующая снижению жирового компонента массы тела.

Mikhail Ivanovich Balabolkin

ММА им. И.М.Сеченова, Москва

Elena Michailovna Klebanova

ММА им. И.М.Сеченова, Москва

Viktoriya Michailovna Kreminskaya

ММА им. И.М.Сеченова, Москва

  1. Bloomgarden Z. T, Developments in diabetes and insulin resistance // Diabetes Care - 2006 - Vol. 29 - P. 161-167
  2. International Diabetes Federation: Diabetes Atlas, 2003
  3. International Diabetes Federation: Diabetes Atlas, 2006
  4. Malaisse W.J., Glucose-sensing by the pancreatic -cell: the mitochondrial part // Int J Biochem - 1992 - Vol. 24 - P.693-701
  5. Newgard C.B., McGarry J.D., Metabolic coupling factors in pancreatic -cell signal transduction // Ann Rev Biochem - 1995 - Vol. 64 - P.689-719
  6. Hopkins W.F., Fatherazi S., Peter-Riesch B. et al., Two sites for adeninenucleotide regulation of ATP-sensitive potassium channels in mouse -cells and HIT cells // J Membrane Biol - 1992 - Vol. 129 - P. 287-295
  7. MacDonald M.J., Fahien L.A., Insulin release in pancreatic islets by a glycolytic and a Krebs cycle intermediate: contrasting patterns of glyceraldehydes phosphate and succinate // Arch Biochem Biophys - 1990 - Vol. 279 - P. 104-108
  8. Sener A., Malaisse W.J., Hexose metabolism in pancreatic islets. Ca2+- dependent activation of the glycerol phosphate shuttle by nutrient secretagogues // J Biol Chem - 1992 - Vol. 267 - P. 13251-13256
  9. Sener A., Herberg L., Malaisse W.J., FAD-linked glycerophosphate dehydrogenase deficiency in pancreatic islets of mice with hereditary diabetes // FEBS Lett - 1993 - Vol. 40 - P. 224-227
  10. Giroix M.H., Rasschaert J., Bailbe D. et al., Impairment of glycerol phoaphate shuttle in islets from rats with diabetes induced by neonatal streptozocin // Diabetes - 1991 - Vol. 40 - P. 227-232
  11. Fernandez-Alvarez J., Conget I., Rasschaert J et al., Enzymatic, metabolic and secretory patterns in human islets of type 2 (non-insulindependent) diabetic patients // Diabetologia - 1994 - Vol. 37 - P. 177-181
  12. McCarty M.F., Can correction of sub-optimal coenzyme Q status improve -cell function in type II diabetics? // Medical Hypotheses - 1999 - Vol. 52 - P. 397-400
  13. McDonnell M.R., Archbold G.P.R., Plasma ubiquinol/cholesterol ratios in patients requiring dialysis // Clin Chim Acta - 1996 - Vol. 91 - P. 10878-10882
  14. DeFronzo R.A., Bonadonna R., Ferrannini E., Pathogenesis of NIDDM: a balanced overview // Diabetes Care - 1992 - Vol. 15 - P. 318-368
  15. Watts G.F., Playford D., Dislipoproteinemia and hyperoxidative stress in the pathogenesis of endothelial dysfunction in NIDDM: an hypothesis // Atherosclerosis - 1998 - Vol. 141 - P. 17-31
  16. KimY., Iwashita S., Tamura T. et al., Effect of high-fat diet on the gene expression of pancreatic GLUT2 and glucokinase in rats // Biochem Biophys Res Comm - 1996 - Vol. 208 - P. 1092-1098
  17. Andersen C.B., henriksen J.E., Hother-Nielsen O. et al., The effect of coenzyme Q10 onblood glucose and insulin requirement in patients with insulin dependent diabetes mellitus // Mol Aspects Med - 1997 - Vol. 18 - Suppl - P. 307-309
  18. Eriksson J.G., Forsen T.J., Mortensen S.A., Rohde M., The effect of coenzyme Q10 administration on metabolic control in patients with type 2 diabetes mellitus // BioFactoes - 1999 - Vol. 9 - P. 315-318
  19. Kalen A., Appelkvist E.L., Dallner G., Age-related changes in the lipid compositions of rat and human tissues // Lipids - 1989 - Vol. 24 - P. 579-584
  20. Soderberg M., Edlund C., Kristensson K., Dallner G., Lipid composition of different regions of the human brain during aging // J Neurochem - 1990 - Vol. 54 - P. 415-423
  21. Greenberg S., Frishman H., Co-enzyme Q10; a new drug for cardiovascular disease // J Clin Pharmacol - 1990 - Vol. 30 - P.596-608
  22. Stocker R., Bowry V.W., Frei B., Ubiquinol-10 protects human low-density lipoprotein more efficiently against lipid peroxidation than does -tocopherol // Proc Natl Acad Sci USA - 1991 - Vol. 88 - P. 1646-1650
  23. Thomas S.R., Neuzil J., Stocker R., Cosupplementation with coenzymeQ prevents the prooxidant effect of -tocopherol and increase the resistance of LDL to transition metal-dependent oxidation initiation // Arterioscler Thromb Vasc Biol - 1996 - Vol. 16 - P. 687-696
  24. Watts G.F., Playford D.A., Croft K.D. et al., Coenzyme Q10 improves endothelial dysfunction of the brachial artery in type II diabetes mellitus // Diabetologia - 2002 - Vol. 45 - P. 420-426
  25. Playford D.A., Watts G.F., Croft K.D., Burke V., Combined effect of coenzyme Q10 and fenofibrate on forearm microcirculatory function in type 2 diabetes // Atherosclerosis - 2003 - Vol. 168 - P. 169-179
  26. Maebashi M., Makino Y., Furukawa Y. et al., Therapeutic evaluation of the effect of biotin on hyperglycemia in patients with non-insulin dependent diabetes mellitus // J Clin Biochem Nutr - 1993 - Vol. 14 - P. 211-218
  27. Bordoni P., Magnaterra R., Rabini R.A. et al., Effect of biotin on glucokinase activity, mRNA expression and insulin release in cultured beta-cells // Acta Diabetol - 1996 - Vol. 33 - P. 154-158

Views

Abstract - 739

PDF (Russian) - 521

Cited-By


CrossRef     2 citations

  • Indutny AV, Bykov DE, Vysokogorsky VE. The level of free radical oxidation products in heart and blood plasma in diabetes mellitus combined with chronic alcohol intoxication. Biochemistry (Moscow) Supplement Series B: Biomedical Chemistry. 2009;3(4):372. doi: 10.1134/S1990750809040064
  • Petrov S, Danilova A, Karpov L. The effect of a water-soluble vitamins on the activity of some enzymes in diabetes. Biomeditsinskaya Khimiya. 2014;60(6):623. doi: 10.18097/pbmc20146006623

PlumX


Copyright (c) 2007 Balabolkin M.I., Klebanova E.M., Kreminskaya V.M.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivatives 4.0 International License.